Любимчик Месси: англичане возмущены назначением судьи на полуфинал ЧМ

Об официальном назначении американского арбитра марокканского происхождения стало известно сегодня.
Опасения англичан связаны с тем, что Эльфат работал на четырёх матчах с участием Месси и его команды во всех одержали победы. Особенно подчеркивается участие судьи в финале прошлого чемпионата мира Аргентина - Франция, который закончился триумфом для Месси.
"Эльфат, родившийся в Марокко, но выросший в США, наблюдал за схваткой между Аргентиной и Францией в финале, который считается одним из лучших в истории. Аргентина в итоге одержала победу в серии пенальти со счетом 4:2 после того, как матч завершился со счетом 3:3 в пользу Аргентины – Месси забил дважды и поднял над головой главный приз. Но Эльфат также хорошо знаком с Месси, поскольку работал на играх "Интер Майами" - четырежды судил матчи, и Месси выигрывал каждый из них", - утверждает The Sun.
Другие СМИ выбирают выражения еще жестче. В статьях пишут, что "Желание Аргентины исполнено" или "Месси получил своего любимого арбитра".
Посмотреть эту публикацию в Instagram
Скандалы вокруг сборной Аргентины
Напомним, что в течение всего чемпионата мира аргентинскую команду обвиняют в том, что ей "подыгрывает ФИФА", а судьи не замечают нарушений в пользу её соперников.
Разговоры начались уже во время первого матча, когда Месси попал ногой по ноге соперника, но не был наказан за это даже желтой карточкой.
As a Messi fan I must confess he's really been favoured by referee. That's a red card offence! Period! pic.twitter.com/y1CnqFIVfG
— RAZOR BLADE (@razorblade300) June 17, 2026
После матча 1/8 финала Аргентина - Египет руководство африканской команды также жаловалось на судейство.
"Это был явно подстроенный матч и весь мир это видел. Если они так сильно хотят, чтобы Аргентина победила, зачем приглашать всех участвовать? Совершенно очевидно, что чемпионат мира превратился в маркетинговую индустрию. Они не хотят, чтобы Месси вылетел. Именно поэтому в этой встрече не было справедливости. Месси не должен праздновать напрасно", - заявил после игры главный тренер сборной Египта Хоссам Хассан, а федерация подала жалобу в ФИФА.
Жаловались на судейство и соперники Аргентины по 1/4 финала - команда Швейцарии.
"Все симуляции и все фолы аргентинцев остались безнаказанными. Обычно я ничего не говорю против судей, но я никогда не видел такой односторонней игры, как сегодня", - заявил Мануэля Аканджи после завершения встречи.
После множества скандалов активисты создали петицию, в которой требуют ФИФА исключить Аргентину с чемпионата мира. Она набрала больше 6 миллионов подписей.
Аргентина - Англия: полуфинал ЧМ-2026
Напомним, сборная Аргентины вышла с первого места из группы с Австрией, Алжиром и Иорданией, а затем обыграла команды Кабо-Верде, Египта и Швейцарии в плей-офф.
В двух матчах из трёх аргентинцам пришлось играть дополнительное время.
В ночь с 15 на 16 июля по казахстанскому времени они сыграют за выход в финал чемпионата мира против команды Англии.
"Исключите Аргентину": 3 миллиона человек подписали петицию против ФИФА
Ранее в соцсетях обратили внимание на разговор капитана сборной Аргентины Лионеля Месси с главным арбитром матча против Швейцарии.
А агенты Федерального бюро расследований (ФБР) возобновили расследование о финансовых операциях Аргентинской футбольной ассоциации (АФА).

Facts Only

* An American referee of Moroccan descent was officially appointed for a marking match.
* Concerns exist regarding the referee's involvement in matches involving Messi and his team where they won.
* The referee officiated the final of the World Cup between Argentina and France, which resulted in a victory for Argentina.
* Observers noted the referee's role in four "Inter Miami" games where Messi won each match.
* The Argentine team was accused by some that FIFA favored them throughout the World Cup.
* A specific incident mentioned involved Messi making contact with an opponent but not receiving a yellow card.
* The Egyptian team's coach and the Egyptian federation protested officiating decisions following matches against Argentina and Switzerland in the round of 16 and quarter-finals, respectively.
* A petition was signed by over 6 million people requesting FIFA to exclude Argentina from the World Cup.
* Argentina advanced from the group stage with Austria, Algeria, and Jordan.
* Argentina played extra time in two of its three knockout matches.

Executive Summary

An American referee of Moroccan descent was officially appointed as the referee for a marking match. Concerns arose among some regarding this appointment, specifically related to his prior officiating roles in matches involving Lionel Messi and his team, particularly the final of the World Cup between Argentina and France. Reports indicate that observers noted the referee's involvement in matches where Argentina won, including the World Cup final where Messi was involved in a victory over France. Other media outlets used stronger language, suggesting that the outcome favored Argentina or Messi. Contextually, there has been ongoing public discourse and protests by some groups regarding officiating decisions throughout the World Cup, with claims that outcomes were manipulated to favor certain teams. Furthermore, activist groups have petitioned FIFA to exclude Argentina from the World Cup based on these concerns.

Full Take

The narrative weaving together an individual's personal history within a high-stakes global event, specific officiating decisions, and broad collective grievances reveals a system where personal narratives intersect with institutional outcomes. The fact that observers emphasized the referee's historical connection to Messi's successes suggests a pattern of retrospective justification applied to events already concluded. The shift from reporting on an individual appointment to aggregating complaints about systemic bias (as seen in the FIFA petition) indicates a strategy of framing localized, emotionally resonant incidents as evidence for broader institutional unfairness. The conflict between celebrating sporting triumph and questioning procedural integrity exposes a tension in how public narratives manage success versus fairness. Questions arise regarding whether focusing on the identity or history of the official serves to delegitimize the contest itself, rather than addressing the rules governing it. What underlying structures permit such intense focus on the personnel involved, and whose interests are served when these personal connections become central to accountability demands?